И в девяносто радуется жизни

Недавно, ветеран и труженник тыла Николай Алексеевич Илюшин из Михайловки отметил Юбилей. Несмотря на солидный возраст, почти всю работу по дому он делает сам. Зимой его утро начинается с того, что он растапливает печь, готовит завтрак. Потом берёт швабру и протирает пол. Летом же встаёт часов в пять утра и идёт в огород, смотрит, что надо сделать - полить грядки или прополоть.

- Может, у меня и не всё идеально, как у хорошей хозяйки, но целый день сидеть без дела не хочется, - говорит Николай Алексеевич. - Правда, раз в неделю ко мне приходит ’’хожалка” от соцзащиты, пол моет, проводит генеральную уборку. А овощи я сам вырастил. У меня в погребе и морковь, и свёкла, и шестьдесят ведер картошки лежат. Я ещё и курочек держу, целых 12 штук...

Общался с нами Николай Алексеевич охотно, рассказывал о себе, делился воспоминаниями и даже порассуждал о нынешней жизни.

Мужики пели революционные песни

Родом Николай Илюшин из соседнего Туендата. Семья у Илюшиных, как и у всех в те годы, была большая. В 1941 году его отца, а позже и двух братьев взяли на фронт, в 1944 году мобилизовали на военный завод и сестру.

-В сорок первом мне было уже 14 лет, - рассказывает Николай Алексеевич. - А потому я хорошо помню, как 22 июня к нам в Туендат прибыл нарочный, и возле сельсовета, на самом высоком месте деревни, состоялся митинг. Я уже точно не помню, о чём конкретно говорили выступающие, но было всеобщее ощущение тревоги, беды. И мы, дети, это тоже почувствовали. Ведь ещё до войны наши деревенские мужики, которые возвращались со службы, говорили, что война ”с германцем” рано или поздно будет. С 22 июня из Туендата чуть ли не каждый день на войну забирали по 3-4 мужика. И лошадей брали, и брички - всё на фронт. Отца мобилизовали 2 сентября. А накануне вечером у нас дома собралось несколько мужиков, чтоб проводить односельчан на фронт. Никогда не забуду, как они пели революционные песни. В конце октября этого же 41-го года отца нашего убили. Его однополчанин, который выжил и вернулся, рассказывал, что отца, а это было под Москвой, ранило. Его отвезли в полевой госпиталь. А тут налетела немецкая авиация, и немцы всё, в том числе и госпиталь, смешали с землёй. Я жалею, что не расспросил этого однополчанина подробно о том, где это конкретно происходило, в каком месте. От отца даже фотографии не сохранилось. Сестра Лида, а она родилась в 1941-ом, всегда нас просила: ’Расскажите, каким был наш отец!”.

В 16 лет стал бригадиром

- В войну, - продолжает вспоминать Николай Алексеевич, - меня в 16 лет назначили бригадиром. Я должен был замерять, кто сколько скосил и сжал. В обед всех кормили заварухой - воду мукой заварят, вот и весь суп. Я же считал, сколько на каждого едока пошло муки и соли. Потом всё это из трудодней у каждого высчитывали. Бедные же женщины сами немного поедят, остальное сэкономят, чтоб детям что-нибудь принести. Зимой же, как только Кия немного схватится, нас, молодых, отправляли в Четь-Берегаево, на лесоповал. Я четыре зимы лес на лошадях возил. В одном большом бараке жила молодёжь из 3-4 колхозов. В нём по обеим сторонам стояли огромные печи в виде бочки. Вечером вокруг печей вешали и сушили одежду, чинили валенки, рукавицы. Подъём на работу - в пять-шесть утра. Мы знали, что завтрак нам никто не приготовит и не поднесёт. У кого что было, то и разогревали. У кого катышки из картошки, у кого щи мороженые. Редко кому молока дома наморозят и пришлют.

Image

После войны

В 50-х годах Николай Илюшин вместе с женой и четырьмя детьми перебрался в Михайловку. Здесь стал работать мастером по строительству.

-Один год я даже парторгом был, - с улыбкой вспоминает ветеран. - А у меня ведь всего три класса образования. В те годы кое-кто считал, что руководитель ходит так себе. Руки в карманы. Лодырь, одним словом. Но так мог рассуждать тот, кто сам не был в этой шкуре. Я однажды полгода заменял председателя колхоза, а второй раз чуть ли не целый год. Не мог дождаться, когда найдут человека на должность председателя. Руководитель - это тревога и большая ответственность. Больше всего мне нравилась конкретная работа по строительству. В войну в Туендате люди даже углы домов спиливали, чтобы не замёрзнуть и как-то выжить. А тут в конце сороковых годов фронтовики стали возвращаться с фронта, со службы, молодёжь подросла. Надо было жить дальше, дома подновлять. Кто два-три нижних бревна в доме менял, кто полы, кто окна. Колхоз помогал, а я наряды составлял, сметы простейшие. Некоторые из тех домов до сих пор стоят. В Михайловке много строили в 70-80-х годах. Тогда же целую улицу Молодёжную возвели. Какая-то частичка и моего труда там есть.

Отдыхать умели

Николай Алексеевич сетует, что сейчас в деревне каждый живёт сам по себе. Все сыты, одеты и обуты, но меж собой почему-то совсем не дружные. Бывает, что и родственники не общаются.

- А раньше на праздники соседи друг у друга по очереди собирались, -вспоминает ветеран. - Как-то на 8 Марта мы не просто посидели за столом, а придумали для женщин оригинальное поздравление. Мы посадили женщин в кошёвки, сами впряглись вместо лошадок и провезли наших женщин по всей улице с песнями, с шутками. И никто не думал, что кто-то что-то скажет. Утром - всё чин-чинарём: встали, управились и пришли на работу.

Секрет долголетия Николая Илюшина

На вопрос, в чём секрет долголетия, Николай Алексеевич долго не раздумывая, ответил, что помимо хороших ген, нужно ещё и движение. Если не будешь ходить, то какая ж это жизнь! Николай Алексеевич говорит, что у него тоже куча болезней, но он старается всё делать сам.

- Иногда молодые говорят, что люди раньше траву ели и не болели, - рассуждает Николай Алексеевич. - Действительно, в войну и после войны утро у наших матерей начиналось с того, что они обходили вокруг дома и заборов, рвали крапиву с корневищами для супа да грибы, если попадались. Хорошо, если у кого-то к весне оставались картошка и капуста, которые тоже шли в этот суп. И уж очень было хорошо, если в чугунок мать бросит горсть муки. Таких щей из чугунка хватало семье на завтрак и обед. Большинство так и питались, а работали много. На крапиве выжили. Видимо, не зря и сейчас она считается полезной травой...

Николай Алексеевич предполагает, что трудная, а порой голодная, даже аскетичная жизнь мобилизует жизненные силы. А ещё, как считает ветеран, надо быть оптимистом. Сам он с женой вырастил семерых детей. Никому не жаловался, помощи не просил. Зато теперь, с радостью говорит Николай Алексеевич, у него, кроме внуков, ещё и двенадцать правнуков. А это, как он отмечает, его корни, его радость в жизни, которая тоже придаёт желание жить.

Людмила Макарова Сельская правда.

Поиск

 
COPYRIGHT ©2018 - Михайловское сельское поселение